Концепция Бархатной Революции

Второй состав, вытрите кровь с моих барабанов.

Теренс Флетчер, «Whiplash»

Не существует богов и демонов, кроме тех, существование которых подтверждено на опыте, и тех, которых я создал для себя.

Рэй Шервин

 

Введение.

Бархатная революция – это искусство подчинения демонов силе собственного разума без использования причудливых магических кругов, темных одеяний и зажигания свеч на кладбище. Или, если вам больше нравится язык психологии, то  это методика, позволяющая общаться с собственным подсознанием через поиск мостов к самому себе. Вы можете выбирать любой путь, который приятен вашему разуму и отвечает вашим эстетических предпочтениям. Как бы то ни было, бархатная революция – это мистический путь, пролегающий через любовь к самому себе и ведущий к самосовершенствованию через познание своей теневой стороны в ее демонических аспектах.

Практика Бархатной Революции – это работа с трансом, магическими ритуалами, оккультной символикой и тем, что человек видит, когда переходит ту невидимую границу, отделяющую обычный мир от мистического. Методика была инициирована работами Остина Османа Спейра и лежит в рамках направления, известного как Магия Хаоса.

Одержимость считается чем-то опасным как в магическом мире, так и в среде далеких от магии людей. Одни относят это к проблемами психики и предлагают подобные состояния лечить, другие видят в одержимости церковное зло и предлагают грешнику покаяние, третьи признают саму суть явления, но скептически относятся к практическому применению посессий. Стоит ли говорить, что подобное отношение заставляет относиться к людям с такими переживаниями крайне настороженно?

Поневоле должен возникнуть вопрос: возможно ли использование одержимости в практических целях для личного самосовершенствования? Возможно ли создание картографии мира образов и переживаний, ощущаемых одержимыми? И, в конце концов, можно ли помочь людям, которые страдают от подобных состояний?

В данной работе используется ряд терминов, характерных для Каббалы, классической западной оккультной традиции, восточного мистицизма и гаитянского вуду. Помимо этого я могу обращаться к классической психологии, не претендуя, впрочем, на серьезный клинический анализ за отсутствием необходимого образования.

Больше всего я надеюсь, что эта работа поможет людям, которые оказались в моей ситуации, когда глубина трансперсонального опыта граничила с ужасом и классические методы решения подобных проблем не могли помочь. Людям, которые пытаются помочь себе, бросаясь в наркотическую или медикаментозную зависимость, людям, которые считают, что они одиноки в своих мистических переживаниях, людям, которые ждут поддержки и одобрения.

Бархатная революция.

Одержимость – это контакт человека с посторонним сознанием внутри самого себя. Обычно одержимость разделяют на obsessio и posessio, отличающиеся по степени вовлечённости человека в процесс. Если обсессия – это кратковременное помешательство, внезапный инсайт или неконтролируемый порыв, то посессия –  полноценный сплав двух сознаний в одном теле.

Задокументированные исторические случаи одержимости трудно найти. Дело в том, что сложно отличить острые психические состояния от того, чем пугали нас в детстве: мрачные готические демоны, лукавые черти, голоса в голове, приказывающие человеку совершать богохульные вещи… Что-то связанное с попами, молитвами, отчитками – такое испытать не хочется никому.

Такое представление об одержимости родилось в долгие тысячелетия торжества христианской мысли, которая препарировала естественную человеческую сущность с настойчивостью, достойной лучшего применения. В рамках христианской логики очень многие человеческие чувства и эмоции являются грехом. Так, преподобный Ефрем Сирин пишет в своем «Добролюбии»:

«Смех лишает человека блаженства, обещанного плачущим (Мф.5,4), разоряет доброе устроение внутреннее, оскорбляет Духа Святого, вредит душе, растлевает тело. Смех изгоняет добродетели, не имеет памятования о смерти, ни помышления о мучениях»

Стоит ли говорить о том, что трансперсональные переживания вызывали у святых отцов искренний ужас?

Отношение к одержимости было таким не во всех странах. К примеру, ещё Плутарх описывает в сочинении «О даймонии Сократа» многочисленные случаи, когда некий внутренний голос Сократа спасал его от угроз или курьёзов. Так, когда Сократ гулял с гадателем Евтифоном, он внезапно остановился и погрузился в себя, после чего решил свернуть в боковую улицу, позвав при этом своих спутников. Своё решение он обосновал неким знанием, полученным от демона. Несколько юношей не последовали за философом и решили поднять его на смех, продолжая идти дальше. Внезапно им навстречу выбежало стадо свиней, и юноши оказались сбиты с ног и вымазаны в грязи. Этот случай принес демону Сократа большую известность, так как это произошло на публике.

Другой пример иного отношения к одержимости дарит нам африканская культуру Вуду, где жрецы играют роль «лошадей», а «наездниками» становятся лоа – великие духи. Жрец или жрица, хунган или мамбо, достигают священного транса через экстатические пляски, употребление наркотиков, алкоголя и табака, искренне веря, что сущность, снисходящая в результате их воззваний и есть то самое лоа, в честь которого проводится ритуал. Все, что говорится в таком состоянии – священно. Так люди говорят с богами.

Забавно, что христианство, критикующее одержимость как явление, зачастую использует одержимость в качестве одного из элементов ритуального богослужения. Безусловно, больше всего это выражается в таких организациях, как пятидесятники и харизматы, но само по себе снисхождение святого духа – крайне важный элемент религии.

Библия, священная книга христианства, достаточно загадочно говорит об этом крайне мистическом духовном переживании:

Но каждому дается проявление Духа на пользу:
Одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом.
Иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом.
Иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков.
Все же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно. 

1 Коринфянам 12:7-11

Обещания сверхъестественных способностей в результате ритуала настолько грандиозны, что поневоле начинаешь задумываться о том, что самая мощная магия мира была заключена в стенах Святой Церкви, задачей которой, как ни парадоксально, являлась борьба с колдовством.

Возникает такое ощущение, что одержимость является достаточно двойственной ситуацией: если человек одержим Богом, то вопросов к нему нет. Но если человек чувствует в себе что-нибудь иное, то к нему появляется ряд вопросов, результатом которых в некоторые времена вполне могла стать мучительная смерть.

Несмотря на то, что психиатрия и психология достаточно продвинулись с тех жестоких времен, отношение к одержимости не становится лучше. Как правило, она соотносится с шизофренией и другими психическими расстройствами. Это может быть частным случаем раздвоения личности, синдрома Туретта или эпилепсии. Лечить подобные случаи достаточно сложно, и в последнее время все чаще психиатры начинают отсылать своих больных в православные церкви на так называемые «отчитки» – ритуалы изгнания бесов. Результат такой «терапии» – ещё один верующий на благо церкви. Очень странные дела!

Рассмотрим этот вопрос с другой стороны. Всё, что происходит в психике человека, является важным. Обладая полнотой психического восприятия, мы не можем выкинуть из этой картины детали, какие бы угрожающие формы они ни принимали.  Подавление одной из частей психики может привести к разнообразным результатам, в частности, неврозам. Данный механизм подробно исследовал Зигмунд Фрейд, считая его краеугольным камнем на котором держится теория психоанализа. Вдаваться в очевидные объяснение того, что невроз не приводит к положительным результатам, просто бессмысленно.

Можем ли мы считать то, что люди называют «демоном» частью человеческой психики, или же это некое постороннее влияние, имеющее собственное сознание и волю? Вопрос этот из разряда «что появилось первым – курица или яйцо». Во многом ответом на него является та терминология, которая формирует ваше сознание. Вряд ли здесь должен быть какой-то определенный ответ. «Река, впадающая в озеро» это всегда и «озеро, наполняемое рекой» – разница лишь в точке зрения.

Не нужно забывать, что возможности человеческого сознания очень велики. Если представить, какое огромное количество процессов проходит в каждом человеке ежесекундно, то больше всего поражает та удивительная легкость, с которой они сплавляются в тот механизм, который в человеке решительно провозглашает «Я». Демоны, вне зависимости от их природы, являются нам одновременно и близким, и пугающим переживанием, моментом стресса и поразительных откровений. Осознаем ли мы при помощи активации всей нервной системы надвигающуюся опасность, как Сократ, или слышим шепот чужого сознания, помогающего нам во время нужды – форма не так важна. Главное, что мы не можем от этого просто отказаться, как не можем отказаться от других эмоций и чувств.

Уникальность – основная человеческая черта, и если конкретно ваша уникальность включает диалог с демоном, не стоит этого бояться. Но стоит узнать, почему вы общаетесь именно с ним? В одном случае вы наладите диалог с самим собой, с другой — с другим существом, но процесс налаживания связей уже будет запущен. Любовь всегда начинается с дружбы, дружба всегда начинается с интереса, а интерес начинается с вопроса, пусть и обращенному к самому себе!

Закономерный вопрос: как органично вплести в собственное сознание некий набор, на первый взгляд, хаотичных структур?

Первый путь – мифология. Сказки, мифы и предания – это древний язык символов, на котором человечество уже десятки веков выражает свой трансперсональный опыт. Обращаясь к мифологии не как к слепому источнику веры, а как к набору архетипов, наполняющих человеческое сознание рядом стройных идей и образов, можно лучше понять генезис собственной психики. Так, например, огромным архетипическим значением обладают карты Таро, с древности используемые в гадательной традиции, или работа с книгой Перемен.

Вторым путем является использование ритуала.

Ритуал – это комплекс действий, наполненных религиозным, эстетическим и культурным смыслом, задачей которого является как снятие психологического напряжения, так и интеграция индивида в общество.

Уменьшение значения ритуала приводит личность к ощущению собственной бесполезности, пустоты жизни, отсутствию мотивации. Огромное количество индивидуальных человеческих усилий, затрачиваемых в ходе жизни, остается без внимания. Ритуал  позволяет человеку ощутить гармонию с миром и самим собой, хоть и не решая всех человеческих проблем, но, по крайней мере, уменьшая их негативное влияние.

Как кино, театр и литература часто являются зеркалом, в котором отражаются человеческие страхи, надежды и мечты, так и ритуал может быть пограничной зоной, в которой сознание и подсознание встречаются на нейтральной полосе, что дает возможность напрямую общаться с собственной личностью в ее подлинном виде. Результатом этого может являться индивидуальный ряд знаков и символов, понять которые без знания мифологии иногда предельно трудно.

Важнейшим моментом состояний одержимости является характер получаемых переживаний. Во многом он зависит от переживающего. Так, люди с христианским воспитанием, как правило, воспринимают внезапную обсессию как контакт к Богом или Дьяволом, индуист – как встречу с индийскими божествами, а член первобытного племени может увидеть духов леса или реки. Важно понимать, что характер контакта связан с характером человека, его отношением к происходящему.

Страх будет провоцировать ещё больший страх, гнев – ещё больший гнев. Одержимость действительно может быть и крайне опасным событием в жизни человека, и не сказать об этом – сильно исказить реальное положение дел. Во многом именно негативный опыт заставляет людей накачиваться лекарственными препаратами или бежать в церковь.

Но здесь важно отметить, что любовь будет провоцировать ещё большую любовь. Провозглашение слов любви уничтожает страх, которое невольно возникает в результате контакта. Если подумать об этом шире, то любовь вообще меняет многое. Секс без любви превращается в насилие, совместное проживание – в быт, работа – в унылую рутину. Любовь – это желание понять что-то, отличное от привычных представлений. Любовь к миру рождает путешествия, любовь к еде – кулинаров, любовь к людям – врачей и миротворцев.

Любовь к другим формам сознания рождает желание понять, понимание дает ключ к дружбе, дружба дает единство, а единство – силу. Этот принцип достаточно универсален, чтобы применять его как в обычной жизни, так и магических практиках. Не важно, кого вы пытаетесь понять – самого себя или замыслы Короля Белиала, свою девушку или характер Мадам Бриггит, других людей или сонм духом, живущих рядом с вами – ваше желание не будет отринуто.

Может ли какая-то сущность быть абсолютно негативной в своем желании вас уничтожить? Возможно! Но чтобы такую найти, нужно очень постараться. Это как сломать себе шею, упав с лестницы. Обвинять ли потом гравитацию в яростном стремлении разрушить вашу жизнь? Нужно понимать две простые истины: мир не создан исключительно для вас и жизнь не может существовать без рисков. Любая жизнь – это мгновение осознания в бесконечной пустоте космоса, и характер этого осознания ничего особенно не решает. Даже самые страшные катастрофы – ничто по меркам вселенной, где умирают звезды и рождаются галактики.

В следующей части мы разберем типы контактов, возникающих при одержимости, подробно изучим характерные ощущения и сопутствующие явления.

 

 

 

Концепция Бархатной Революции: 2 комментария

Добавить комментарий

Заполните поля или щелкните по значку, чтобы оставить свой комментарий:

Логотип WordPress.com

Для комментария используется ваша учётная запись WordPress.com. Выход /  Изменить )

Google+ photo

Для комментария используется ваша учётная запись Google+. Выход /  Изменить )

Фотография Twitter

Для комментария используется ваша учётная запись Twitter. Выход /  Изменить )

Фотография Facebook

Для комментария используется ваша учётная запись Facebook. Выход /  Изменить )

Connecting to %s